«Бортовой журнал» – история фотоклуба «Зеркало», написанная его участниками. В журнале зафиксированы основные принципы существования клуба, представлены стенограммы встреч, творческих отчетов и наиболее важных дискуссий, раскрывающих эстетические и социальные воззрения его участников.

Некоторые расшифровки

25.04.1986
Встреча с А. Слюсаревым

Александр Александрович Слюсарев:
Здесь 2 серии фотографий:
Москва олимпийская
И Рига. Взморье
Капустин: Вялая печать, это позиция или недостаток печати?
Слюсарев: Я считаю, что сочно, красиво напечатанная фотография теряет демократичность.
Моя задача.
Матвеев: Много фактурных фотографий, а нет фактуры.
Слюсарев: Я не показываю фактуру, я показываю ее наличие.
Всегда можно договориться, что можно напечатать лучше, а снять лучше нельзя.
Отрицательный результат – положительный результат.
Шнеерсон: Я не вижу разницы между тоновосприятием и точностью композиции.
Слюсарев: Я специально увожу от оптимального варианта.
Виталий: Как на выставке развешиваются ваши фотографии.
Слюсарев: В зависимости от зрительного зала. Помещение тоже накладывает свое впечатление. Всегда запоминается работ 10, остальные идут фоном.
В. Капустин: Почему на одной фотографии два листочка зеленых?
Слюсарев: Я бы покрасил все, но тон фломастера мне не понравился.
Главный мой принцип: я фотографирую, чтобы работа жила на стене и оформляла интерьер.

В. Никитин
Теперь перестройка и некоторые повесили то, что можно и не вешать.
Выставка страдает невыраженностью лица. Она должна бы выражать Ваше мировоззрение. Итого не произошло. Впечатление, что я на прошлой выставке. Очень много виденных работ. Выставка большого интереса не вызывает. Группу «Так» можно было бы повесить раздельно. Действительно, не хватает манифеста. Не хватает текста к фотографиям Капустина. Есть много фотографий, где текст необходим. Много вещей, которые не говорят.

Резюме: впечатление тупикового состояния при том, что клуб на взлете. Надо искать новые выставочные формы. Например, разрешить выставить группе «Так» свою экспозицию и т.д. или еще какие-то группы, тематические выставки поднимать. Надо разрушать стереотипы больших выставок. Еще идея – The Best of Zerkalo.

Встреча с Е. Ниязовым и его учеником Игорем Рядовым. Просмотр коллекции И. Рядова.

Виталик: Отметил свежесть взгляда. В каждой вещи есть что-то новое, необычное, отсутствие подражаний. Очень нравятся портреты. Пейзажи слабее, в них больше эстетства.
Б. Михалевкин: Хочется большей остроты, больше свободы мысли и творчества. Сейчас это тяготение к конструкции. Хочется, чтобы вы, молодежь, сказали больше, чем мы, показали свой мир.
Ю. Матвеев: С точки зрения техники, я Игорю завидую. Качество прекрасное. Ты примеряешь на себе разного рода одежды, примеряешь роли. В портрете, где ты похож на Маяковского, есть плакатурность. Это удача, здесь ты больше всего поход на себя.
Нравятся работы с проекцией окна на стене. Тебе сейчас лучше и больше надо выигрывать в другой сфере, обогащая себя.

Просмотр фотографий Е. Ниязова

Е.Ниязов: о социальной фотографии, о том, что нельзя переходить грань, когда снимаешь отрицательное, что всякая фотография социальна: о том, что фотографию делает нюанс, что трудно уловить грань между образностью и публицистикой.
Виталик: Чувствуется разница между учеником и учителем. Здесь очень тонкая и труднопонимаемая поэзия, зрелые мысли и чувства, лучше чем ученик, чувствует людей. У него все тоньше и легче, чем у Игоря.
А. Гезенцвей: Мне это очень нравится. Пейзаж просто прелесть. Портреты замечательны тем, что здесь нет носителей положительных черт. Изъян их в том, что они все статичны. Искусственный свет поставлен плохо. Вся коллекция очень спокойна, не вызывает никакой агрессии.
Ю. Матвеев: Автор исповедует красоту со знаком плюс. Для меня, исповедующего красоту со знаком «-», они ничем не дополняют. Нравятся фотографии, где сюжет со знаком «-» выглядит как «+».
Д. Шнеерсон: Когда снимаешь портрет, всегда отчасти снимаешь себя. И от этого невозможно отречься.
Королев: Чистое созерцание, которое было в предыдущих коллекциях, здесь тоже присутствует. Портреты нравятся. Здесь почти нет плоскостных решений, все они с пространством.
Чежин: Меня не удовлетворяет кадрировка. «Цветение» похоже на серию Ракаускаса, поэтому эта серия смотрится как вторичная.

Вторая часть отчета С. Арсентьева. Если в первой части были предметные фотографии

Б. Михалевкин: Я должен высказать свое положительное отношение. Человек занимается своим делом и прекрасно.
В. Зубов: Сережа развивается быстро и многообразно. Прошлая часть отчета – формальная с ритмами и музыкой, очень формальное искусство. В этой части – внимание к детали обогащает фотографию. От живых деталей он перешел к живому человеку.
С. Королев: Композиционные просчеты бросаются в глаза. Есть интересные находки, ищет новые реальности.
В. Алферов: Это концептуальная выставка. Здесь прослеживается мысль. Но отдельные фотографии выпадают.
Ю. Матвеев: Эта работа на пласт выше предыдущей. Это мировоззренческий ряд. Сергей намеренно пренебрегает композицией, не организует пространство. Обидно, что в погоне за идеей потерял степень мастерства. И это снижает степень сказанного.
Б. Михалевкин: Я считаю, что это не законченное произведение, а поиск и огрехи – огрехи производства.
В. Никитин: Не согласен с Матвеевым. Я считаю, что это зрительные впечатления от мира, а не какая-то философия. Просматривается поэзия случайностей. Есть поток жизни. Нет законченности литературных вещей.
А. Китаев: Мне кажется, для Сергея интересно, как читается весь ряд.
Ю. Матвеев: Есть люди, читающие поверхностный смысл, а есть читающие глубже. Надо читать и первый смысл, и второй.
П. Иванов: Чем больше взглядов, тем лучше произведение.
А. Чежин: Если карточка не очень хорошо сделана, то второй уровень может не восприниматься.
Никитин: Сведение смысла любой фотографии именно к своей точке зрения неправильно. Здесь есть пища для ума и чувства. В фотографии не должно быть эстетства, а должен быть кусок факта.
Арсентьев: Каждый по-своему воспринимает эти фотографии и это хорошо. Это фотографии, сделанные с декабря по декабрь.
Чежин: Все-таки каждой карточкой Сережа хотел не факт показать, а нечто более глубокое.
А. Никитин: Факт – это не ругательство, а информация к размышлению. И в этом смысле вы абсолютно правы. Если из факта вытекает содержание, то фотография состоялась. Мне нравится, что фотографий много и они все вместе производят впечатление, рождают ощущение мира.
Е. Раскопов: Серега идет вперед и это прекрасно!

Творческий отчет А. Чежина
«Прогулка 87-88» (продолжение)

Д. Шнеерсон – рецензент
Это не законченный цикл, не законченная идея, а свидетельство о жизни, не претендующее на полноту. По принципу составления – это домино. Движение вперед в том, что раньше это был акцентированный момент наибольшей удачи. Здесь — ощущение от кажущихся недоработок. Это то, чего раньше не было. Здесь есть попытка пересечения, попытка фиксировать состояния, которые человек не осознает, более тонкие состояния, чем те, что были в предыдущих коллекциях Андрея.
Хромая дверь, открывающаяся к свету, человек, прыгающий в пустой бассейн

Михалевкин: Пока Дима не говорил, я хоть что-то понимал. У меня рифма родилась Брессон-Шнеерсон

Есть ассоциативные моменты, которые очень сильно на меня действуют
Солнце сквозь ворота для меня смотрится как Освенцим. Скульптура наша страшная уже смотрится как каламбур , вчерашний день, это ниже моего теперешнего сознания. Знаки качества размером экскаватор тоже свидетельства нашего прошло го кретинизма, но не боле того. Надо быть более точным. Если есть какой-то каламбур, то они снижает достоинства того, что есть рядом.
А. Чежин: Сиена впечатлений должна быть, иначе все будет монотонно.
В. Зубов: Это еще один шаг в биографии Андрея. За границей художник делятся на ангажированный и неангажированных.
Андрей поднимется над ангажированностью. У него повышенная чувствительность к парадоксальному. Это свободный взгляд художника, чистая жестко сделанная фотография. Это, как говорит Матвеев, красота со знаком минус.
Бобров: Для меня весь ряд ложится в изображение нашего дубизма. Народ молчит. Эти миражи (М-Э-Л) довлеют над ничтожностью масс. Для меня эта серия читается лучше предыдущей.
В. Никитин: Серия интересная, присутствует социальность осознанная или неосознанная. Это разговор на языке, понятном всем. Многие кадры напоминают виденные фрагменты фильмов. Вещь, которая дает пищу для размышления на основе вторичных ассоциаций. В этом и уязвимость., так как каждая фотография в отрыве от общего теряется. Андрей демонстрирует эстетику своего слоя, своего времени, а самое главное в фотографиях не их эмоциональная насыщенность, а их социальная значимость.
В. Бертельс: Фотография защищена от воздействия времени своей совершенной формой.
В. Никитин: Здесь литература вылезла вперед, так как Андрей продукт социума. Наиболее повествователе Стали на даче.
Иванов: Серия похожа на развернутую молекулу.
А. Чежин: Спасибо выступающим. Я рассчитывал на большее количество отрицательных отзывов.

Творческий отчет Е.Ю. Закусило

Е. Закусило: Здесь представлены Тува, кусочек Злотого кольца и Ленинграда.
В. Зубов (общественный обвинитель):
От второй экспозиции осталось впечатление пристрастия к национальной тематике и эстетствующей фотографии. В этот раз осталось пристрастие к жесткой, хорошей фотографии. По композиции построение выставки приближается к группе «Так»: В тувинской серии сочетание чистого репортажа с лаконичной изысканностью. Любопытна дождливая зарисовка в Ростове Великом как чисто репортажная работа. Ленинградские вещи любопытны, но знакомы. Нравится последний портрет.
В.Капустин (товарищу из Индии): Еще эти фотографии предельно ясны, а я больше люблю непонятные снимки.
А. Китаев: Мы стали одинаково видеть и находить одинаковые образные решения. Я не знаю, посмотрев этот отчет, куда мне теперь девать свои снимки. Но карточки хорошие, интересные, отражают сегодняшний день. Надо бы искать индивидуальную форму выражения.
Б. Михалевкин: Мы теперь стали смелыми и снимаем то, чего раньше нельзя было. Много посылок, но нет законченности. Хороший снимок с человеком без головы, который ведет нас вперед. Я не очень воспринимаю сериалы, а вижу отдельные хорошие карточки. Идол хорош, но не вижу, что дальше, чего-то не хватает.
3-4 снимков, которые здесь есть, достаточно, чтобы защитить автора как автора и подтвердить автору свою силу.
В. Зубов: Эти фотографии слишком просты, чтобы встраивать их в ряд.
А. Усов: Е.Ю. догнал клуб. Очень зеркальные карточки.
Реплика из зала: Это хроника застоя перестройки.
Гость из Челябинска: Когда повесили первую фотографию: Сбываются мечты Ильича, то думал, что эта тема будет разворачиваться и открываться негативные стороны нашей жизни. Но темы не получилось. Автор нравится тем не менее.
Смирнов. Женя получил много комплиментов. В первой выставке Жени был ярко-выраженный эстетствующий элемент. В этой выставке видно, что человек достиг высокого уровня, но эстетство пропало. Эстетство в смысле поиска.
В фотографиях идолов нет изюминки, делающей их произведениями искусства. К сожалению, Женю здесь, на мой взгляд, перехвалили.
Михалевкин: Он же стал зеркальным, зачем же ругать себя.
Ю. Матвеев: Ощущение, что идет добросовестная профессиональная фиксация. В клубе Зеркало 10 лет назад были аналогичные фотографии, но тогда они воспринимались острее. А здесь нет формы, заставляющей воспринимать работы острее. Мало эстетства в смысле поиска (согласен с предыдущим оратором).
А. Семенов – почетный член клуба.
Я не видел жениных работ раньше, но здесь много вторичного: Иванов, Раскопов и т.д. Снимки однозначны. Это скольжение по поверхности. Нравится только портрет и мужчина лежащий. Попав в такие жернова, как Зеркало, трудно остаться собой, но надо идти своей тропой.
А. Китаев: Я думаю, что Женя снял то, что снимают все. Он для себя должен был пройти через это.
Семенов: Но по спирали надо снимать, это на более высоком уровне.
Алферов: Три фотографии на лестнице мне нравятся. А погубила Женю претензия на большую тему. Шнеерсон делает это точне, но более абстрактно или А. Чежин тоже.
Михалевкин: Сегодня мы упиваемся вчерашним днем, но надо двигаться хоть на мизинец вперед. В этом наша неправда.
Е. Закусило: Благодарен всем. Высказанное справедливо. Последняя карточка для меня самая главная. Я исправлюсь.
А. Семенов отказался от звания почетного члена клуба в связи с тем, что последней клубной выставке он прислал свои фотографии, но они не были выставлены без объяснения причин. Он почувствовал себя гостем, которого пригласили на день рождения в приличный … он пришел с подарком, а его посадили ужинать с дворней.
Ситуация не из приятных.

Встреча с Ф. Губаевым

Работаю на договоре в «Вечерняя Казань»
А. Титаренко: снимал ли подростковые дела в г. Казани?
Ф. Губаев: Да снимал. Недавно снимал похороны подростка.
В. Алферов: А почему на стенах работ о подростках нет?
Ф: Я считаю, что все есть, может быть в несколько другом виде. А проблема глубже. Я против того, чтобы снимать «компанию». Показываю фотографию, которую сделал еще раньше. Нельзя заниматься спекуляцией на теме. Поэтому и хочу организовать галерею, чтобы хотя бы здесь надо мной не довлел редактор, не диктовал, что вешать, а что нет. У меня нет работ, сделанных в угоду кому-то, а есть только то, что волнует. Дальше Ф. рассказал публике о своих встречах с А. Тарковским.
Б. Михалевкин: Меня поразило больше количество человеческого качества. Все показанное убеждает, в это веришь. Я считаю, что это очень честный человек, прекрасный автор.
Ф. Губаев о работе в редакции: наша беда не в отсутствии хороших фотографов, а в отсутствии бильдредакторов. И не потому, что их нет, а потому что все делается, чтобы их не было. И так в любой области искусства. Фотографию нельзя рассматривать отдельно. Это всего лишь один кирпичик нашего здания. Несколько поколений изуродовано тем, что в каждом из нас сидит внутренний сторож, который диктует: возьмут-не возьмут, можно-нельзя.
А. Гезенцвей: ощущаете ли Вы какой-либо внутренний рост?
Ф: Я каждый раз снимаю свои впечатления и ощущаю себя как будто первый раз взял в руки камеру. Я каждый раз иду на съемку в напряжении, в заряженном состоянии. В этом есть свои минусы, нервные издержки. Многие кадры я даже не могу себе объяснить.
Б. Михалевкин: Образование у тебя какое?
Ф: Ф-т журналистики Казанского университета.
Ф: Хотелось бы услышать критику.
Раскопов: Усов, покритикуй его.
Усов: А что, это очень цельный образ человека.
Из публики: хорошо покритиковал!
Ф: Я за всякую фотографию, сделанную любой техникой. Главное, не подавлять друг друга. Чем больше фотографий, тем мы будем все богаче. Если в Казани будет галерея, то я надеюсь на более тесное общение с Вами.

19 фотографий
Вернуться

Последнее изменение 31.01.2017